Один раз в году, а именно – в ночь на пятнадцатое декабря –
Игорь Иванович Сечин предпочитает не спать.
Пьёт литрами кофе и другие бодрящие вещества,
Но на рассвете сдаётся и лезет в кровать.

В этот момент открывается пуленепробиваемая дверь,
Никелированные охранники разбегаются в разные стороны,
В величественном зале, напоминающем цитадель,
Рассаживаются за столом чёрнопиджачные вОроны.

Игорь Иванович хмурится: «Вновь этот сон»,
Объявляет, что заседание правительственной комиссии по вопросам развития электроэнергетики начинает работу,
С грохотом отодвигает стул, громоздкий, как трон,
И приступает к зачитыванию отчётов.

Произносит вслух цифры, наверное, с полчаса,
Пару раз откашливается, глотает «Perrier»,
А когда наконец поднимает к сидящим глаза –
Видит, что в зале осталось их только двое теперь.

Игорь Иванович стирает со лба предательский пот,
Хлопает ртом, онемевшим по-рыбьи.
В чёрное небо уносится каменный свод,
На месте окон сияют ледовые глыбины.

Из-за стола поднимается совсем молодой человек,
Не представляясь, распахивает фиолетовую папку,
Гневно расшвыривает бланки пустых картотек,
РАО ЕЭС, Газпрома и Центробанка.

Начинается шквал, Игорь Иванович пытается заслониться от него рукавом,
В глаза лезут искры, брызги и перья,
Морем колеблется пол под столом:
«Господин Сечин, добро пожаловать в подземное Царство Хельи!

Вы непростительно долго спекулировали пустотой,
Производили фантомы и миражи,
Так что без вариантов, расклад очень простой,
Приговор окончательный и обжалованию не подлежит».

Молодой человек выдыхает дым прямо в лицо:
«Большой погребальный костёр ждёт вас справа по борту,
О/дин уже передал старшему сыну кольцо…
Господин Сечин, очнитесь, или идите к чёрту!»

Игорь Иванович просыпается от нестерпимого жара.
Схвачены огнём палубы и переборки,
Кочерга мачты мечется в пасти пожара,
Ведьма скачет в Асгард на пылающем волке.

ДВА ЛУЧШИХ ПИСАТЕЛЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ - МИХАИЛ ЕЛИЗАРОВ <БИБЛИОТЕКАРЬ> И ВЛАДИМИР КОЗЛОВ <ГОПНИКИ>

<Наш разговор>

ДМИТРИЙ РЕВЯКИН: «ЛЕДЯНОЙ ПОХОД» НАЧНЕТСЯ С СЕВЕРА»

СЫНОВЕЙ ВОСПИТЫВАТЬ ВОИНАМИ, ДОЧЕРЕЙ - МАТЕРЯМИ

- Правда ли, что ваша фамилия на одном из сибирских диалектов означает «медведь»?
- Да. Ревяк – ревун – медведь. В словаре у Даля об этом сказано.

- Вы родились в Новосибирске, затем учились там в институте, а детство провели в деревне Первомайской, в Забайкалье. Расскажите о ней.
- Верно, только не деревня, а поселок Первомайский. Сейчас там тысяч двадцать населения. В годы совка поселок очень мощный был. Сейчас, конечно, одичали многие, друг друга поубивали… В Первомайском и сейчас живет мой отец.

- Регулярно там бываете?
- Обязательно. Стараюсь.

- А косить траву, охотиться умеете?
- Нет, траву ни разу в жизни не косил. Охота, рыбалка – я здесь больше вторым номером иду. Дрова готовлю, костер, чай, – таким образом участвую в процессе. Хотя сети проверить, и все остальное сделать могу и умею, но не болею этим, в отличие от половины нашей группы.

- Машину водите?
- Теоретически. В школе когда-то водил.

- Смотрите ли телевизор?
- Эпизодически новости. И футбол. Это с детства осталось. Болею за «Томь», потому что это Томск. За «Луч», потому что Владивосток. За отдельных футболистов болею. Например, со Смертиным мы очень хорошо знакомы.

- Какую музыку слушаете?
- Сейчас никакую. В студенческие времена мы все слушали группы «Урфин Джюс», «Аквариум», «Зоопарк», «Кино»…

- В юности вашей любимой группой было «Воскресенье»?
- Ну, это в школе еще. Одной из любимых. Знаю этих ребят. По идеологии они, конечно, враги. Негры такие советские.

- Зато вы дружны с Кинчевым. Существует легенда, согласно которой в 80-е годы в Питере вы вместе с ним заявили, что через 20 лет в Питере появятся памятники Кинчеву и Ревякину.
- (Смеется). Это шутка. Я этого уже не помню.

- Из северных групп есть близкие «Мосту»?
- Со студенческих лет я влюблен в группу «Облачный край». Ряд их песен знаю наизусть. Хорошо знаком с Сергеем Богаевым. Когда мы в марте 1989 года прилетали в ваш город, «Облачный край» стал нашем гидом по Архангельску.

- Действительно ли ваш последний альбом «Сва» направлен на повышение деторождения в России?
- Да, я закладывал такой посыл.

- Дети у вас есть?
- Сын Степан. Сейчас он в Москве, едет в аэропорт – полетит в Забайкалье, к деду.

- Ваша мама преподавала в школе литературу и русский язык. Расскажите о книгах, на которых росли, и которые читали в последнее время.
- Из книг, что выходят в последнее время, отмечу исторические работы, особенно по Второй мировой войне. А когда рос, это был обычный набор книг, которые каждый читал. Единственное исключение – мне классе в третьем или даже во втором попал в руки роман «Тайный посол». О запорожцах. Вот он на меня произвел неизгладимое впечатление. Вообще, я еще с шестилетнего возраста ощущал себя потомком казаков. И не ошибся: когда подрос, узнал, что у нашей семьи есть и казачьи корни, с Кубани.

- Если бы пришлось ехать на поезде из Москвы во Владивосток, какую книгу взяли бы с собой?
- Никакую. В поезде читать тяжело. Лично у меня не получается. В юности – да, читал в поездах много. А сейчас в дороге лучше постараться стихи за это время написать.

- Существуют ли для вас обстоятельства, при которых пишется лучше?
- Иногда просто надо писать. Садишься и пишешь. Иногда на тебя ниспадает. Садишься и фиксируешь. А бывает, что фиксировать не успеваешь. Начинаешь искать, генерировать первую строчку. Самое главное – первая строчка. Если она появилась, дальше уже дело времени.

- Какой альбом «Калинова Моста» для вас наиболее близок?
- Все. Хотя живешь, естественно, последним. Вот этой осенью в Москве пройдет презентация нашего нового альбома «Ледяной поход».

- О чем песня «Родная»?
- О любви людей друг к другу.

- Ваши поклонники просили, чтобы вы прокомментировали строку «Небо ждет…».
- Небо ждет от нас активной жизненной позиции. Не надо бояться этого мира. Бояться надо только Бога.

- Какая молодежь ходит на ваши концерты?
- Та же, что и раньше. Я себя вспоминаю в юности – вот мне, например, было слушать музыку на русском языке – как дышать.

- Но поколения меняются.
- Тенденции налицо, что тут добавить. Все здравомыслящие люди их видят. Молодежь, она разная. Есть ребята, которые в компьютерных клубах парятся день и ночь, есть те, которые на роликах гоняют и музыку слушают, например группу «Мельница». Есть такие, которые ходят в тир – стреляют, покупают лицензии, оружие.

- Какая из названных групп ближе вам?
- Мне ближе те люди, которые покупают оружие.

- Почему?
- Потому что к войне надо готовиться. Оружие иметь, тренироваться, Библию читать. Взорваться все может уже очень скоро. В Кондопоге уже заискрило, Ставрополье и вовсе кипит.

- Вы верите, что в этих процессах молодежь скажет веское слово?
- Именно она и скажет. Не дремучая номенклатура, которая уже не понимает происходящего вокруг, а молодежь – бойкая, дерзкая. Она может ошибаться, но когда придет время, именно она сделает все, как надо.

- Каким вы видите будущее России?
- Наше будущее – в теократии.

- А как относитесь к кризису западной цивилизации?
- Проблемы всюду схожие. Огромная беда – политкорректность, толерантность, игры в интернационализм. Происходит смешение ценностей и вырождение. В Европе элиты не знают, что делать. Столкновения были не только в Париже, они и в Германии были, и в Бельгии, в Англии, просто о них все молчат. Глобальная проблема – в том, что белого населения становится все меньше, и меньше, и меньше. Если так продолжится – тогда нам кирдык. В Москве, например, эта проблема приобретает уже необратимый характер.

- Сейчас вы живете в Москве?
- Так сложилось, что пока пришлось остаться там. Сейчас плотно занимаюсь вопросом своего жилья в Новосибирске. С точки зрения перспективы наша главная земля – Сибирь и Север. Москву, в свете вышесказанного, мы потеряли.

- Имя группы вы трактуете как «дорогу к Богу»?
- Сейчас да. Именно так и трактую.

- Раньше Ревякина и «Калинов Мост» считали язычниками.
- Было такое дело.

- Сейчас вас можно назвать православными?
- Да, безусловно.

- В таком случае, как вы относитесь к тому, что РПЦ, может быть, слишком близка к светской власти?
- Не «может», а переплелась с ней. Вы сейчас о патриархии говорите. С ней я ничего общего не имею. Мы – андреевцы, старообрядцы.

- У старообрядцев есть поговорка «Не в бревнах Бог, а в ребрах».
- Хорошая поговорка. Актуальная.

- В чем для вас параллели между Сибирью и Севером?
- Ну, об отсутствии крепостничества все знают. Поморы – люди достаточно самостоятельные, самоценные, самодостаточные. И еще сужу по личным ощущениям. Мне здесь так же хорошо, как и в Сибири. Это просто в воздухе висит.

- Ваши пожелания северянам.
- Север, Норд – основополагающий принцип нормативного человечества. Поэтому – стоять крепко, Веры всем. Здоровья, тренировок. Сыновей воспитывать воинами, дочерей – матерями. С нами Бог!

Архангельск, 24 июня

Ленин – матиматик, или паметник, около магазина
Даша Т., 1 "А" класс.



Из правителей я знаю жестокого Ивана Грозного и умного Петра Первого, который любил строить корабли в Питере. Ленин как-то был связан с коммунизмом, но я не уверена. А Сталин — это высокий человек с темными волосами. Все они управляли страной хуже Путина, потому что люди всегда возмущались.
Оля Д., 6 "Г" класс.

<ЧЕЧНЯ В КИТАЕ>


В китайской провинции Шаньси полиция нашла 30 человек, которые работали на кирпичном заводе, принадлежащем сыну местного чиновника, на положении рабов. Люди, многие из которых забыли свои имена, работали здесь по двадцать часов в сутки за хлеб и воду.

<Завершающий день саммита «большой восьмерки» прошел под знаком неизвестной инфекции, первой жертвой которой пал президент США Джордж Буш. Из-за проблем с желудком американский лидер даже был вынужден пропустить состоявшуюся утром рабочую встречу>

<Организаторы поначалу отрицали возможность того, что неизвестную инфекцию глава США подцепил во время вчерашнего ужина, и пытались объяснить его недомогание перееданием.
Но к полудню стало ясно – дело вовсе не в обжорстве Джорджа Буша. К середине дня симптомы недомогания на своей шкуре испытали несколько десятков журналистов>.

отсюда: http://www.rbcdaily.ru/2007/06/08/focus/279323

Второй день судилова окончен.
Фото Н. Гернета